Голод  - Майкл Грант

ДАК СПОРИЛ САМ с собой всю дорогу до дома. Проблемы Хантера – это не его проблемы, говорил он сам себе. Ладно, может, он теперь и стал уродом, как Хантер, но что с того? У него появилась какая-то дурацкая, бесполезная сила – разве это обязывает его хлебнуть горя вместе с Хантером?

Хантер был тот ещё придурок. А все люди, которые нравились Даку, были нормальными. Почти все. Конечно, Сэм ему тоже нравился, так, со стороны. Но серьёзно, разве он должен теперь выбирать сторону в войне, о которой он даже не знал?

Как бы то ни было, ему не нравилась идея бросить Хантера, чтобы он, голодный, так и сидел за каменным завалом возле церкви. Это казалось немного жестоким.

К тому времени, как Дак оказался в относительной безопасности у себя дома, он успел не раз передумать. Сначала уговаривал себя поступить так, а потом начинал убеждать себя поступить иначе.

Он осознал, что стоит перед кухонным шкафчиком. Просто посмотрим. Просто посмотрим, возможно ли как-то помочь Хантеру.

Смотреть на кухне было особо не на что. Две банки овощей. Банка собачьего лакомства, но даже не сладкого. Полупустой пакет муки и немного масла. Он научился готовить своеобразные отвратительные тортильи из смеси муки, воды и масла. В последнее время это стало самым популярным блюдом в УРОДЗ, их научились делать даже те, кто совершенно не умел готовить.

Даку даже думать не хотелось о том, чем придётся питаться через неделю. До него дошли слухи, что в полях осталась еда, но никто не хочет её собирать из-за червей. От этой мысли он содрогнулся.

Но собачьим лакомством пожертвовать можно, подумал Дак. Звучит так себе, но Хантер, судя по голосу, был в отчаянии. К тому же, сегодня все перестали брезговать даже той едой, от которой их раньше тошнило.

Перед глазами у Дака вдруг отчётливо встали хот-доги. Настоящая сосиска, такая горячая, что пар идёт, зажатая в мягкой белой булочке.

Тётя Дака раньше жила в Чикаго. Она рассказывала ему об оригинальных чикагских хот-догах. Сколько там было ингредиентов, семь? Интересно, вспомнит ли он их все.

Горчица. Соус. Лук. Помидоры.

От этих мыслей у него слюнки потекли. Но у него потекли бы слюнки и от мысли о хот-доге из брюссельской капусты.

Он принял решение. Дело не в противостоянии между уродами и нормальными. Дело в том, может ли он бросить Хантера там, чтобы тот всю ночь прятался, дрожа от страха.

Нет. Он отнесёт ему собачье лакомство, а потом, если Хантеру понадобится укрытие, позволит ему остаться тут, в подвале его дома.

Дак сунул банку в карман куртки и очень неохотно пошёл назад, к церкви.

Это заняло у него всего несколько минут.

– Хантер. Эй, Хантер, – окликнул он его грубым шёпотом.

Тишина.

Отлично. Прекрасно. Значит, его всё-таки разыграли.

Он развернулся и пошёл обратно. Но тут из-за угла показалась группа из семи-восьми ребят. Даку хватило секунды, чтобы заметить у них в руках бейсбольные биты.

Во главе шёл Зил.

– Вон ещё один! – крикнул Зил, и, прежде чем Дак успел хоть как-то среагировать, семеро парней бросились на него.

– Что случилось? – спросил Дак.

Ребята его окружили. Было очевидно, что они настроены враждебно. Но Дак твёрдо решил не давать им повода махать кулаками.

– Что случилось? – передразнил его Зил. – Человек-Дрель хочет знать, что случилось. – Он толкнул Дака. – Один из ваших нелюдей убил моего лучшего друга, вот что случилось.

– С нас довольно, – вставил один из ребят.

Несколько голосов его поддержало.

– Парни, я никого не трогал, – сказал Дак. – Я просто…

Он не знал, что – «просто». Враждебно настроенные глаза, глядящие на него со всех сторон, сузились.

– Что – просто, урод? – требовательно спросил Зил.

– Гуляю, парни. Я делаю что-то плохое?

– Мы ищем Хантера, – сказал Хэнк.

– Хотим надрать ему задницу.

– Ага. И нос поправить, – добавил Антуан. – Может, ему пойдёт больше, если нос будет торчать сбоку.

Они засмеялись.

– Хантера? – переспросил Дак как можно более невинным тоном.

– Да. Мистера Микроволновку. Урода-убийцу.

Дак пожал плечами.

– Я его не видел, народ.

– А что это у тебя в кармане? – спросил Зил. – У него что-то в кармане.

– Что? А, это ничего. Это…

Удар бейсбольной биты оказался безошибочно точным. Дак почувствовал боль в бедре, там, где свисала из кармана куртки банка. Чавкающий звук и треск разбитого стекла.

– Эй! – заорал Дак.

Он стал пробиваться сквозь толпу, но ноги не хотели двигаться. Озадаченно опустив голову, Дак увидел, что уже по самые лодыжки провалился в асфальт.

– Эй, хватит меня бесить! – отчаянно крикнул он.

– Хватит меня бесить, – протяжно передразнил его Зил.

– Эй, чуваки, он тонет! – крикнул кто-то из ребят.

Дак увяз до середины голени. Он был в ловушке. Поймав на себе презрительный взгляд Зила, он взмолился:

– Ну же, чувак, чего ты на меня взъелся?

– Потому что ты не человек, а мурод, – сказал Зил и добавил: – Понял?

– Вам нужен Хантер, да? – спросил Дак. – Он тут, народ, вон за теми камнями.

– Серьёзно? – сказал Зил. Он кивнул своей шайке, и те все вместе полезли за завалы в поисках своей жертвы. Кто-то, Дак не разглядел, кто, разбил остаток витража битой.

Дак глубоко вздохнул.

– Думай о хорошем, о хорошем, – прошептал он. Дак перестал проваливаться, но всё ещё был в ловушке. Он пытался выдернуть ногу, водя ею из стороны в сторону. Наконец, одну ногу получилось освободить – минус один ботинок. Со второй оказалось легче, и ботинок удалось сохранить.

Дак бросился бежать.

– Эй, а ну вернись!

– Он соврал, Хантера тут нет!

– Держи его!

Дак бежал, что было мочи, крича:

– Всё хорошо, всё хорошо, а-ха-ха-ха! – он отчаянно пытался сдержать злость и через силу заставлял себя улыбаться.

Дак перебежал на другую сторону улицы. Он уже оторвался от толпы, но недостаточно, чтобы успеть вбежать домой и запереть дверь, прежде чем его поймают.